Подписка на блог

Customize in /user/extras/subscribe-sheet.tmpl.php.

Sample text.

Twitter, Facebook, VK, Telegram, LinkedIn, Odnoklassniki, Pinterest, РСС JSON Feed

Sample text.

Кибервойна

«... по правилам ведения войны наилучшее — сохранить государство противника в целости, на втором месте — сокрушить это государство. Наилучшее — сохранить армию противника в целости, на втором месте — разбить ее. Наилучшее — сохранить бригаду противника в целости, на втором месте — разбить ее. Наилучшее — сохранить батальон противника в целости, на втором месте — разбить его. Наилучшее — сохранить роту противника в целости, на втором месте — разбить ее. Наилучшее — сохранить взвод противника в целости, на втором месте — разбить его. Поэтому сто раз сразиться и сто раз победить — это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего — покорить чужую армию, не сражаясь».

(Сунь-цзы — китайский стратег и мыслитель, живший в VI веке до н. э. Автор знаменитого трактата о военной стратегии «Искусство войны»).

Война есть противоборство двух социальных систем, в ходе которого допускается физическое уничтожение элементов структуры противоборствующих систем, включая человека.

Войной следует называть только противоборство двух социальных систем, в ходе которого допускается / предусматривается физическое уничтожение инфраструктуры противников (включая её базовый элемент — человека).

Исходя из этого войной следует называть только те социальные явления, в которых выполняются оба условия:

  1. обе стороны находятся в состоянии активного противодействия (т. е. противоборства);
  2. в ходе этого противоборства могут физически уничтожаться элементы инфраструктуры любой из сторон.

Другими словами явление это носит симметричный характер. Этим война отличается от террористического акта. Несмотря на то, что террор, так же как и война, допускает (предусматривает) возможность физического уничтожения элементов системы противной стороны, террор — явление асимметричное: одна из противоборствующих сторон находится в состоянии войны, другая — в состоянии мира.
При этом для идентификации социального явления в качестве войны цели, средства, методы ее ведения не имеют никакого значения. Что касается средств и  методов ведения войны в традиционном понимании и войны информационной, принципов, на которых основано оружие для их ведения, то они абсолютно различны.

Информационного оружия, как такового, вообще не существует.

Все, что называется специалистами информационным оружием (средства массовой информации, психотронные средства, электронные средства, лингвистические средства), является на самом деле определенным типом информационных связей элементов социальной структуры или средствами их регулирования, которые могут привести как к конструктивным, так и к деструктивным последствиям для объекта воздействия. Целенаправленное изменение некоторых параметров этих связей превращает их из утилитарных (полезных, выгодных) в пернициозные (вредные, разрушающие). Поэтому в информационной войне выиграет тот, кто сумеет обеспечить более эффективную защиту своего пространства от вторжения неадекватной и ложной информации, справедливо считает С. П. Расторгуев. Многие страны мира так и делают — создают у себя системы защиты от информационной агрессии. Во Фран­ции, к примеру, по телевидению разрешается показывать не более 50% иностранных фильмов, абсолютное большинство которых, как известно, американские.

«Холодная» война США против СССР: разрушена инфраструктура (сельское хозяйство, промышленность, образование, и т. д.), разрушены/нарушены коммуникации (ж/д, авиасообщение, воздвигнуты мощнейшие межведомственные и межрегиональные препоны и пр.), частично или полностью уничтожены смыслы (идеология, культура, наука).

Нельзя назвать «информационной войной» противостояние в информационной сфере между США и Россией. В любой войне объектом поражения одного участника является живая сила и средства ведения войны другого участника (противника). А здесь — субъекты воздействия разные, а объект воздействия один и тот же — россияне (их сознание). И оба участника этого процесса воздействуют на этот объект. У каждого свои цели, свои средства и свои методы, но объект воздействия один — население России.

Кибервойна — процесс, в ходе которого осуществляются управляющие воздействия на технические средства обработки, хранения и передачи информации (ТСОХПИ) противника с целью их физического разрушения (деструкции) или нарушения работоспособности (дисфункции), а так же получения возможности управлять его (противника) информационными ресурсами.

В «кибервойне» объектом нападения является информационный ресурс противника. Задача — уничтожить, исказить, изменить статус, получить возможность управления информационным ресурсом противника. Средства ведения «кибервойны» — ТСОХПИ.

«Информационная война» — родовое понятие по отношению ко всем деструктивным процессам, связанным с информацией и информационными отношениями. «Кибервойна» — видовое понятие. Оно целиком и полностью входит в объём понятия «информационная война», составляет его небольшую часть.

Настоящую полноценную кибервойну, т. е. войну на межгосударственном уровне сегодня способны вести только США. По мнению некоторых специалистов, определённые возможности по ведению кибервойны есть у Китая. Все остальные, включая Россию, таких возможностей не имеют и иметь даже в отдалённом будущем не будут. Они могут только время от времени проводить в киберпространстве небольшие операции, да и то в период отсутствия войны «горячей». В случае перехода межгосударственного конфликта в фазу «горячей» войны ни у одного государства мира — оппонента США, скорее всего, не будет никаких шансов: вся система управления будет блокирована, так как она, как правило, базируется на средствах и технологиях либо произведенных (разработанных) в США, либо подконтрольных им.

По материалам научных публикаций Атаманова Геннадия Альбертовича, полковника запаса, кандидата философских наук, http://gatamanov.blogspot.com

Подписаться на блог
Поделиться
Отправить
Запинить
 11   7 мес   АГАсофия