Дом, который построил Билл

Алексей Ходырев

Развитие науки за счет средств частных корпораций — это не благотворительность, а выгодные инвестиции. В этом убеждает пример корпорации Microsoft, плотно занявшейся фундаментальными исследованиями в 1991 году

«Самая большая ошибка, которую можно сделать под давлением кризиса, — сократить расходы на науку и разработки. Тогда второго шанса у вас точно не будет», — говорит старший вице-президент по исследованиям и стратегии Microsoft Крейг Манди. В корпорации с годовым оборотом свыше 60 млрд долларов прекрасно понимают, что даже сверхпопулярность ее флагманских продуктов Windows и Office не гарантия безоблачного будущего. Учитывая, насколько стремительно растет конкуренция на рынке высоких технологий, промедление в инновационном развитии может сыграть злую шутку с любой софтверной компанией, причем довольно быстро. Это объясняет интерес Microsoft к таким, казалось бы, непрофильным для нее областям, как лингвистика, математическая экономика, робототехника, разработка вакцины от ВИЧ, компьютерная диагностика состояния здоровья, образование и проч. Ежегодно корпорация вкладывает около 9 млрд долларов в исследования и разработки (НИР, research and development). На что тратятся такие деньги? По просьбе «Эксперта» Microsoft приоткрыл завесу над тем, как устроен инновационный процесс в корпорации, над какими темами работают ведущие ученые и какие инновации кардинально изменят жизнь человека уже в ближайшем будущем.

Как это было

Создавая цепочку управления инновациями, руководство Microsoft отвело важное место рассмотрению новых идей и проведению фундаментальных научных исследований, не связанных с продуктовой линейкой софтверной корпорации. Поддержка науки и новых разработок сыграла огромную роль в превращении Microsoft из компании единомышленников Билла Гейтса в одну из самых влиятельных корпораций мира, без программных продуктов которой современный бизнес уже обойтись не может.

«Заниматься научными исследованиями помимо государства могут только крупные корпорации вроде Microsoft, — констатирует президент инвестиционной компании Baganov International Group Артур Баганов, — инвестиционные фонды и частные инвесторы крайне редко вкладывают средства в фундаментальные научные исследования». В случае с Microsoft это произошло спустя 16 лет после основания компании, когда корпорация успела «нарастить жирок» и преодолеть психологически важную отметку — впервые заработала 1 млрд долларов. Именно тогда, в 1991 году, было создано исследовательское подразделение Microsoft Research.

Файл:Bill Gates World Economic Forum 2007.jpg

К тому моменту софтверная корпорация сумела обаять массового потребителя программным обеспечением, вобравшим в себя многие прогрессивные идеи — причем далеко не всегда майкрософтовского происхождения. «Огромная доля успеха нашей компании связана с тем, что мы сделали ставку на графический интерфейс в противоположность текстовому. Это была действительно прорывная инновация», — отмечает старший вице-президент Microsoft Эрик Радер. Стоит напомнить, что графический интерфейс не был изобретением компании Билла Гейтса. Впервые концепцию графического интерфейса («окна», иконки», «меню» вместо буквенно-цифровых символов) разработали ученые из исследовательской лаборатории Xerox PARC в 1970-х годах, и эта же компания собрала первый в мире компьютер Alto, использующий программы с графическим интерфейсом. Xerox с удовольствием демонстрировал изобретение широкому кругу ИТ-специалистов, среди которых были Билл Гейтс и основатель Apple Стив Джобс. Последний сумел быстрее всех поставить изобретение Xerox на коммерческие рельсы — компьютеры Apple с графическим интерфейсом продавались уже в 1984 году. Чуть позже графика появилась и в продуктах Microsoft — операционной системе Windows, программах Word и Excel.

В целом же, если сравнивать с сегодняшним днем, портфель Microsoft образца 1991 года выглядел более чем скудно. «В 1991 году Microsoft был гораздо меньше, чем сейчас, и его самым популярным продуктом был MS-DOS, — говорит Кевин Скофилд, управляющий менеджер Microsoft Research. — Почему исследовательское подразделение было основано в 1991 году? Было очевидно, что мы должны это сделать, если хотим на протяжении многих лет оставаться конкурентоспособной компанией вопреки стремительным изменениям в индустрии высоких технологий». По слухам, катализатором принятия решения о создании Microsoft Research послужило письмо коллегам одного из ближайших соратников Билла Гейтса, в котором он в красках описал угрозы бизнесу в случае отказа от фундаментальных исследований и предложил сделать научную деятельность системной составляющей бизнеса Microsoft.

Руководитель одной из лабораторий Microsoft Юрий Гуревич, покинувший Советский Союз в далеком 1973 году, вспоминает, что в 1991 году, создавая исследовательское подразделение, Microsoft шел против тренда: «Одна из наиболее известных лабораторий — Bell Labs телекоммуникационной компании AT&T — приходила в упадок, еще один участник фундаментальных исследований — IBM — сокращал свои исследовательские подразделения».

«Если взглянуть на крупных конкурентов Microsoft начала девяностых, то многие компании, не инвестировавшие в науку, вскоре сильно уменьшили обороты или вовсе перестали существовать, — защищает фундаментальные исследования Кевин Скофилд. — Например, Novell стала значительно меньше. А, скажем, крупной компании Borland, специализировавшейся на базах данных и средствах разработки, просто нет (в 2009 году ее поглотила британская Micro Focus International. — “Эксперт”)».

Microsoft Research стал первым примером научно-исследовательского подразделения в софтверной индустрии — до этого исследовательские подразделения больше концентрировались на материаловедении и аппаратном обеспечении вычислительной техники.

Исследуемая учеными Microsoft тема всегда имеет отношение к компьютерным наукам, и таких сфер становится все больше. Биотехнологии, наноматериалы, медицина, связи с общественностью уже сейчас имеют осязаемую компьютерную составляющую.

Вскоре выяснилось, что связать науку и производство не так-то просто: ученые-исследователи и разработчики существовали в двух разных мирах. Первые занимались сугубо научной деятельностью, и их не интересовало, когда и зачем продукт должен появиться на рынке. Разработчики, они же сотрудники продуктовых групп (выпускают на рынок новые продукты вроде SQL Server, Office, Exchange и т. п.), работали по четкому техническому заданию, со сроками и целями. Механизма переноса идей (или работающих ИТ-прототипов) от ученых к разработчикам на тот момент не существовало. Кроме того, явно хромал маркетинг: сотрудники со стажем признаются, что диктат высокопоставленных технарей был столь силен, что все, что бы ни предложил разработчик, считалось правильным и нужным. В такой ситуации назревала идея дополнить инновационный механизм Microsoft связующим звеном — лабораториями.

И на помощь пришел случай. Многие помнят «говорящую скрепку» в текстовом редакторе Word образца 2000 года — она всплывала в правом углу окна программы и постоянно давала советы, как лучше пользоваться редактором. С технологической точки зрения это был прорыв: Word наделялся искусственным интеллектом, воплощенным в элемент интерфейса — интерактивную «скрепку» по имени Клиппи. Теоретики были в восторге. Но разработчики не учли главного — реакции рынка на такое новшество. А тем временем Microsoft получил десятки миллионов писем, взывавших об одном: «Уберите скрепку!» Недовольство многих объяснялось тем, что им по сути навязывали «интерактивного помощника», который был попросту не нужен. В итоге бурная негативная реакция пользователей привела к тому, что руководство Microsoft приняло решение создать в структуре своего бизнеса подразделения, которые будут тщательно тестировать прототипы программных продуктов до их вывода на рынок. Так появились «временные трудовые коллективы» — лаборатории Microsoft Labs, в которые вошли как сотрудники Microsoft Research, так и продуктовых групп. Некоторые сотрудники корпорации считают появление лабораторий поворотным моментом: Microsoft стал уделять внимание маркетинговым исследованиям, и диктат технических умов, считавших собственные инновации безупречными по умолчанию, был наконец слегка ограничен.

У ученых нет и не должно быть жестких дедлайнов и заранее заданной цели, считают в Microsoft. Но это, конечно, не значит, что ученые из Microsoft Research не участвуют в коммерческих проектах совершенствования продуктов софтверной корпорации. Практика периодического «переключения» ученых между теоретическими и прикладными областями вплоть до консультирования или даже создания стартапов широко распространена в университетах США. Действует она и внутри Microsoft. Хотя главная задача Microsoft Research — фундаментальные исследования, есть немало примеров, когда ученые охотно подключаются к решению прикладных задач. Пример привел вице-президент Microsoft Кирилл Татаринов: «Сотрудники Microsoft Research на основе математических моделей оптимизировали планирование загрузки компьютерных мощностей. Эти технологии нашли применение в продуктах по управлению и оптимизации центров обработки данных (System Center Virtual Machine Manager). Кроме того, группы по развитию бизнес-приложений Microsoft Dynamics работают с Microsoft Research и рядом академических организаций по темам методики тестирования ERP-систем, естественного пользовательского интерфейса, а также оптимизации процессов производственного планирования».

В целом же специалисты Microsoft Research одновременно работают примерно над 400–500 проектами. Некоторые исследования непременно угодят в мусорную корзину, но среди изысканий с более успешной судьбой наверняка найдутся и такие, которые смогут радикально изменить мир в самом ближайшем будущем.

Что нового?

В 2010-м финансовом году, завершившемся у Microsoft в конце июня, компания вложила в НИР около 9 млрд долларов. О том, как распределяются эти инвестиции между конкретными направлениями, в компании умалчивают. Зато примерно известна пропорция, отводимая инвестициям в научные исследования с одной стороны и в разработки — с другой. Численность персонала, занятого в продуктовых группах, составляет свыше 20 тыс. человек, в то время как в академической структуре Microsoft Research работает 850 человек. Исходя из данных по персоналу можно предположить, что инвестиции Microsoft в «чистую» науку в двадцать с лишним раз меньше затрат на прикладные разработки. Официально корпорация это не комментирует, признавая лишь, что в структуре затрат на НИР «очень значительная часть приходится на разработки и небольшая — на исследования».

Подобно тому как крупнейшие нефтяные компании, прогнозируя закат нефтяной эры, уже сейчас активно работают над темой альтернативных источников энергии, Microsoft стремится подстелить себе соломки на случай серьезного изменения ИТ-рынка. Тем для инновационных исследований огромное множество, и есть лишь одно ограничение: исследуемая область должна иметь отношение к компьютерным наукам. А таких сфер — связанных с информационными технологиями — становится все больше: биотехнологии, наноматериалы, образование, социология, медицина, связи с общественностью и многие другие области уже сейчас имеют четко осязаемую компьютерную составляющую.

Так каким же видится в Microsoft компьютерное будущее? «Приоритетами для корпорации сегодня являются облачные вычисления, онлайн-сервисы и естественный интерфейс для взаимодействия с компьютером — когда управлять им можно не с помощью клавиатуры или мыши, а с помощью движения, жестов, голоса, — говорит Эрик Радер. — Такое естественное взаимодействие лет через десять будет распространено гораздо больше, чем мы можем сейчас представить».

Время от времени Microsoft делится с общественностью наработками в области естественного интерфейса (NUI). Это и понимание речи компьютером, и онлайн-перевод в сотовых телефонах, и «скинпут» — использование человеческого тела как устройства ввода. А этим летом был представлен сенсор Kinect для Xbox 360 — аксессуар для популярной майкрософтовской игровой консоли. Kinect распознает движения человека, и это позволяет играть без использования пультов и джойстиков, управляя происходящим на расстоянии с помощью жестов. Kinect также обучен различать человеческую мимику и распознает голос.

Еще одно достижение в области естественного интерфейса пока что представлено в единственном экземпляре. Это программно-аппаратный комплекс, до недавнего времени служивший электронным секретарем Крейга Манди. Имя секретарю дали женское — Лаура. Большая часть процессоров смотрящей с экрана монитора брюнетки Лауры нацелена на распознавание речи. В посвященном электронной секретарше рекламном ролике два сотрудника Microsoft обращаются к ней, чтобы заказать шаттл для поездки в один из корпусов штаб-квартиры корпорации в Рэдмонде. «Нам ведь девятый корпус нужен?» — уточняет один собеседник. «Да», — отвечает другой. «То есть вы в девятое здание едете?» — вмешивается Лаура. «Да», — отвечают гости электронного секретаря. «Оба? — вопрошает опять Лаура и, получив утвердительный ответ, резюмирует: — Я заказываю вам машину в девятое здание на двоих. Если хотите что-то добавить, нажмите звездочку, и я вернусь к вам через минуту».

Сейчас Лаура пошла на повышение: из секретарши она может вскоре превратиться в медсестру. Переобучение стало возможным, так как «мозг» Лауры может понимать не только слова, но и интонацию и отличать обращение к ней от диалога собеседников между собой. Конечно, пока что речь не идет о том, что электронная медсестра сможет делать уколы больным и выполнять перевязки, зато Лаура сможет вести записи обо всех решениях врача. На критические замечания по поводу того, что система все еще может допускать ошибки, топ-менеджеры Microsoft возражают: технологии распознавания речи быстро совершенствуются, и, кроме того, есть немало стран, где процент ошибок обычного ассистента будет выше, чем электронного. По мнению многих, прогресс приведет к тому, что через несколько лет электронная медсестра будет стоить всего 1 тыс. долларов.

Еще одно приоритетное направление — онлайновое — пока что приносит корпорации убытки, которые к тому же растут (2,4 млрд долларов убытка Online Services Division в 2010-м финансовом году против 1,7 млрд долларов годом ранее). Но активность в этой сфере только набирает обороты. Одно из новшеств Microsoft использовалось в ходе последней выборной кампании президента США. Это интегрированный центр управления связями с общественностью, подразумевающий не только мониторинг и анализ традиционного (пресса, телевидение и радио) и нового медиапространства (онлайновые службы новостей, социальные сети, блоги), но и оперативное реагирование на появление видеосюжетов, публикаций, записей в блогах и на форумах. «Появляется горячая новость — и десятки телеканалов и тысячи блогеров сразу высказываются по этому поводу. Необходимо оперативно понять, как новость воспринята разными типами аудитории, и, не откладывая, им ответить, по возможности персонально, — рассказывает сотрудник Microsoft Владислав Шершульский. — Наша система автоматически собирает информацию, определяет тональность и характер аргументации, рекомендует тип реакции на основе ранее сформулированных правил. Ответы, конечно, пишут люди, а система помогает им быстро открывать нужный интернет-ресурс, логиниться в социальной сети и прочее».

С точки зрения производительности компьютеров человечество уже подошло к моменту очередной революции, интригуют майкрософтовские гуру инноваций Крейг Манди и Рэй Оззи (главный архитектор программ и систем Microsoft, до перехода в команду Microsoft разработал популярную систему Lotus Notes). К слову, у Microsoft уже есть прототипы нового поколения операционных систем, работающие в несколько раз быстрее любых промышленных аналогов.

Несмотря на то что Microsoft — софтверная компания, для которой «железо» — непрофильный бизнес, в последнее время ее специалисты активно работают над ключевыми «аппаратными» проблемами — архитектурой и технологией центров обработки данных, плат и даже процессоров. Особое значение придается снижению энергопотребления микропроцессоров. Подобно тому как расход бензина зависит от стиля вождения, алгоритмы работы программ влияют на загруженность процессора и на степень его нагрева. По словам специалистов, если избавить процессор от устаревших интерфейсов, реализовать программно второстепенные аппаратные функции и модернизировать алгоритмы распределения, можно повысить эффективность работы ЭВМ в разы. Так, используя в облачном центре обработки данных усовершенствованные процессоры Intel Atom, первоначально созданные для нетбуков, можно уже сегодня добиться показателя 30–50% производительности от традиционных серверов и, главное, потреблять при этом всего 5–10% их энергии. В ближайшем будущем усовершенствованные центры обработки данных для достижения одинаковой производительности будут потреблять в 5–10 раз меньше энергии, чем сейчас. Они будут более компактными и дешевыми. Их можно будет собирать из конструкторов наподобие «Лего». Над этой задачей сейчас работает одна из самых больших лабораторий Microsoft — eXtreme Computing Group.

Экосистема

Гейтс, в отличие от своего конкурента Джобса, давно сделал ставку не только на свои силы, но и на многочисленных партнеров. Одно из любимых слов руководителей Microsoft — «экосистема». Так называют комбинацию всех видов участников, вовлеченных в бизнес-процесс корпорации. Применительно к развитию инноваций внутри Microsoft — это Microsoft Research (шесть подразделений, включая офисы в Англии, Индии и Китае), лаборатории (свыше 30) и многочисленные продуктовые группы. Внешние источники идей и развития инноваций — это коммерческие, государственные, образовательные структуры, а также частные лица. О размахе сотрудничества Microsoft со сторонними организациями свидетельствует тот факт, что, по оценке исследовательской компании IDC, на каждый доллар, заработанный корпорацией Microsoft, приходится от 7 до 11 долларов, заработанных ее партнерами.

Инновационные идеи вовсе не обязательно исходят от штатных сотрудников самой корпорации. В частности, Microsoft финансово поддерживает профессиональные сообщества, интересующиеся научными проблемами. Руководитель исследовательских программ Microsoft Research в России Ростислав Яворский признается, что коллеги по компьютерным наукам в российских вузах с трудом понимают, почему Microsoft готов тратить деньги на создание научно-исследовательских групп, не прося ничего взамен. Прагматизм Microsoft в этом отношении заключается лишь в том, чтобы не упустить важнейшие тренды, которым еще далеко до коммерческого воплощения. В будущем, ближайшем или весьма отдаленном, это может позволить выпускать инновационные продукты и расширять долю рынка за счет новых решений, которые пока что не вышли за пределы академических аудиторий.

Взаимодействуя с вузами, Microsoft применяет четыре различные модели. Первая — симметричное сотрудничество — подразумевает классический академический обмен «мозгами», совместную работу мэтров вуза и корпорации, которые общими усилиями решают сложные прикладные или фундаментальные задачи. В России по такому принципу Microsoft Research сотрудничает с факультетом вычислительной математики и кибернетики (ВМК) МГУ — ученые вместе разрабатывают новые эффективные инструменты для обработки и визуализации больших объемов данных. «Одной из актуальных задач современной науки является создание все более сложных и точных вычислительных моделей, основанных на взаимодействии независимых программ, работающих со значительными объемами данных из разнородных источников, — отмечает заместитель декана факультета ВМК МГУ по учебной работе Борис Березин. — В рамках сов­местного проекта специалисты факультета и Microsoft Research Cambridge создают средства для интеграции научных данных и построения сложных систем моделирования на основе независимых вычислительных компонент. Особое внимание уделяется задачам научной визуализации». Другое перспективное направление совместных исследований — анализ и распознавание пользовательских изображений в интернете, в частности поиск текста и надписей на фотографиях. В них содержится масса информации, которую предстоит научиться извлекать.

Вторая модель — разработка и предоставление технологий Microsoft для исследований по профилю вуза или научно-исследовательского института. В этом случае сами исследования проводят учебные и научные заведения без участия Microsoft, но инструменты для этих научных работ предоставляет корпорация. Один из примеров — сотрудничество с Институтом космических исследований (ИКИ) РАН. К примеру, ИКИ исследует взаимосвязь между глобальным потеплением и изменением растительного покрова нашей планеты. И если раньше львиную долю времени ученых занимало программирование, то теперь задача облегчилась — Microsoft предоставил ИКИ свои ИТ-решения для хранения, анализа и визуализации большого объема данных (около 50 Тб). «Это не благотворительность, — говорит Ростислав Яворский. — Скорее это похоже на бета-тестирование — интенсивное использование продукта конечным пользователем, сопровождающееся доработками и появлением нового функционала». Не исключено, что благодаря этому тестированию на рынке со временем появятся принципиально новые продукты.

Третья модель — взаимодействие по схеме «научный руководитель — аспирант». Талантливым аспирантам Microsoft может найти научного руководителя, скажем, из Кембриджа. И даже платить молодому человеку стипендию — чтобы тот не работал на стороне и чтобы не падало качество научных изысканий. Таким образом, у аспиранта два руководителя — преподаватель местного вуза и заграничный «гуру», помогающий поставить задачу и пройти основные вехи научной работы.

И наконец, последняя схема работы Microsoft с вузами подразумевает аутсорсинг — вузам предлагают выполнить часть работ на коммерческой основе. В России таких вузов пока единицы.

Microsoft охотно приветствует развитие инноваций сторонних компаний — тех, кто использует технологическую платформу или прототипы, разработанные в недрах корпорации. Так, иногда Microsoft делает выбор в пользу spin off, то есть развития инноваций усилиями сторонних организаций. Пример — Microsoft разработала инструмент для предсказания загруженности автомобильных дорог. Речь идет о запатентованных методах статистического анализа для обобщения и улучшения транспортной информации, получаемой из сотен различных источников. Разработав прототип, Microsoft продала лицензию компании-стартапу INRIX. Эта компания усовершенствовала технологию и развернула на ее основе крупнейшую в США систему предсказания дорожного движения INRIX Traffic Services.

Этим, однако, влияние Microsoft на развитие инноваций не ограничивается. Около двух лет назад корпорация запустила программу BizSpark для поддержки технологических стартапов. Участники программы получают майкрософтовское ПО на три года бесплатно и могут с его помощью создавать любой новый продукт на свое усмотрение. Критериев для вступления в программу всего три: компания должна быть молодой, до трех лет от роду, с оборотом менее полумиллиона долларов в год, основой бизнеса должны быть программные продукты или онлайн-сервисы собственной разработки. Если стартап не провалится, то через три года, по истечении срока участия в программе, компания должна заплатить символические 100 долларов, и она может в дальнейшем бесплатно использовать предоставленное ПО. Если же разработки стартапа приведут к прорыву, Microsoft еще сильнее привяжет потребителей к своим технологиям. Впрочем, прорыв может базироваться и на технологиях конкурентов (если компания-стартап их тоже использует при разработке инновации).

Стимулирование стартапов сегодня является последним винтиком в инновационном механизме, который, как рассчитывают в корпорации, делает его самовоспроизводящимся. И уход Билла Гейтса от оперативного руководства корпорацией не должен помешать ей развиваться. Пару лет назад Гейтс пришел к выводу, что созданный им механизм работы компании настолько надежен, что сможет работать и без него самого. Основатель Microsoft отдалился от управления в повседневном режиме, оставив за собой лишь место председателя совета директоров. Но, как выясняется, интерес к инновациям Гейтс не потерял. В частности, он регулярно участвует в работе группы по разработке средств поиска. Более подробно о том, что в действительности 54-летний миллиардер считает вызовом для компьютерной науки, в корпорации не сообщают. Ряд опрошенных «Экспертом» ученых предполагают, что речь может идти о специализированном поиске по звуковым файлам и видео­источникам — именно в этих областях наука пока не позволяет достичь прогресса, который обеспечит пользователю удобство, сопоставимое с легкостью нахождения текстовых данных.

Источник

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *